СОВРЕМЕННАЯ ЭЛЕКТРОНИКА №1/2015

СОБЫТИЯ 77 WWW.SOEL.RU СОВРЕМЕННАЯ ЭЛЕКТРОНИКА ◆ № 1 2015 стве усилилась, у меня не обошлось и без вышеназванных ожогов. Например, официальное лицо в долгой беседе ука- зало мне, что я неверно понимаю роль отдельных съездов Партии. То обстоя- тельство, что я не собираюсь вступать в эти «глухие согласные = КПСС», не име- ло существенного значения... Опять же, употребляю политически негативное слово «конвергенция», не понимая его значения. Наконец, дело дошло до того, что в моей аттестационной характери- стике, подписанной «треугольником», кроме унифицированной части в один лист, которая для всех писалась чуть ли не под трафарет, появилась нестандарт- ная запись, где указывалось, что я «недо- статочно активен в профсоюзной дея- тельности». В вольном переводе с ново- яза это означало, что если и дальше буду такой же стервец, то на последующей аттестации влепят негатив более высо- кого уровня, например, что-нибудь в том смысле, что личное ставлю выше общественного, то есть получу отрица- тельную характеристику, при которой окажется сомнительной сама возмож- ность профессиональной деятельности. Подобные прецеденты с моими знако- мыми уже случались. До войны в подобной ситуации наиболее мудрые люди исчезали на несколько лет, уезжая из Ленинграда в провинцию, и там отсиживались. Но я, слава Богу, уже жил в дни чуть ли не цивилизованного «развитого социа- лизма», хотя по злобно-вражескому и «реального». Зубки чуток сточились. Нашим тогда уже казалось непри- личным без разбора не только унич- тожать, но даже и, смешно сказать, сажать людей, поэтому мне, во избе- жание всех грядущих неприятностей, вполне достаточно было просто сме- нить место работы. Что я быстрень- ко и сделал, тем более что из-за огра- ниченности средств на медицину моя бетатронно-медицинская тематика по борьбе с раком на неопределённое время замораживалась. И я стал дальше продолжать заниматься своей любимой рекуперацией энергии в индуктивных нагрузках и формированием мощных импульсов, но уже в другой, более вое- низированной, а потому более богатой конторе, но за ту же нищенскую, но, без- условно, равную другим зарплату. Рабо- тал, пока не оформил всё, что наприду- мывал, в кандидатскую диссертацию. И опять мне повезло: один из четы- рёх учёных советов страны по про- филю диссертации находился как раз в Ленинграде. И ещё раз повезло, что в его составе было несколько светлых голов, а сам он был носителем необыч- ного для того времени либерального духа: даже внешне импонировала для того времени крайне дерзкая джинсо- вая одежда его остепенённой молодё- жи. В Совете была, кажется, только одна женщина, но именно она-то и была его председателем и, безусловно, заслужен- ным лидером. Этакая пожилая, желез- ная, самоуверенная, непробиваемая леди, во время разговора искусно игра- ющая своей вставной челюстью... Изюминкой диссертации, на мой взгляд, был материал главы 1.1. В этой главе я ввёл ряд понятий и определений, с помощью которых далее формулировал, как мне казалось, новое положение – теорему о существо- вании определённой области нелиней- ных параметрических электрических цепей, в которой выполняется принцип суперпозиции во временном интервале с переключением вентилей типа дио- дов и тиристоров. На основании этого утверждения в последующих разделах производился анализ ряда устройств с рекуперацией энергии, в частности, мощных импульсных генераторов тока эжекции электронов для медицинских бетатронов. Материал главы был не ахти какой инженерной важности, но в канди- датской диссертации виделся еретиче- ским ввиду своего покушения на незы- блемость устоявшихся теоретических основ электротехники. Поэтому добро- желательно ко мне относившийся тру- дяга и опытный интриган диссертаци- онных дел секретарь Учёного совета, на котором я собирался защищаться, настойчиво рекомендовал мне во избе- жание разнообразнейших неприят- ностей и инфаркта не дразнить гусей и выкинуть к чёртовой матери не толь- ко эту главу 1.1, но, по возможности, не включать теорему даже в приложение. Тем более что для защиты и так мате- риала с лихвой хватало. Но я был молод и эстетические пред- ставления, замешанные на честолюбии, никак не позволяли сдаться – выбро- сить главу, поскольку я видел, что такое изъятие нарушит стройность матери- ала, да и снизит корректность анали- за. Мне по молодости казалось: согла- шусь – перестану себя уважать. Диссертация готова, но из-за нали- чия главы 1.1 меня несколько месяцев подряд не ставят в очередь на защиту: Совет принимает только заведомо про- ходные работы. Моя – ни в какую! Нако- нец после долгих препираний секре- тарь из жалости ко мне выставил уль- тиматум: диссертация будет принята к защите с главой лишь при условии, что я найду авторитетного оппонен- та, который даст на теорему безуслов- но положительный отзыв. До этого материал диссертации апробировался лишь на уровне опи- сания нескольких десятков изобрете- ний, а также ряда журнальных статей и немногочисленных выступлений на конференциях, особенно, помнится, посвящённых почему-то Дню радио. Я выступал на секциях бурно разви- вающейся электропреобразователь- ной техники. В связи с изобретением мощных полупроводниковых ключей у этого направления было бесчислен- ное множество молодых гибких неу- становившихся ветвей. Изменение на порядок тока, напряжения, скважности импульсов или частоты их следования полностьюменяло структуру преобра- зовательных устройств и, соответствен- но, характер технических проблем. Сплошь и рядом ни на одной конфе- ренции не находилось специалистов, которые могли бы компетентно про- комментировать выступление коллеги. Пожимали плечами. Верили на слово. Моим выступлениям обычно предше- ствовал пассаж ведущего, вроде: «...а вот ещё о не менее своеобразном направ- лении ... сообщит нам молодой специа- лист...». Рад был, если завязывалась дис- куссия, но чаще слышал лишь формаль- ные замечания коллег... На Совете мне дали перечень номен- клатурных научных авторитетов, кото- рым был смысл показать материал. Для этого я отпечатал рукопись в пяти экземплярах и затем её навязывал несколько месяцев не менее чем двад- цати персонам из указанного списка номенклатуры на предмет возможно- го отзыва на теорему. И тут я познал неизвестную для меня сторону околонаучности: эти, в основ- ном пожилые, люди, безусловно, были специалистами в своей области, задёр- ганными интеллектуалами с умными усталыми глазами старой добропо- рядочной собаки и, разумеется, резко отличались от массово наплодивших- ся к тому времени обиженных Богом мухомороподобных партийствующих начальников. Своим видом эти интел- лектуалы демонстрировали готовность к нормированному кванту самопожерт- вования незнакомому молодому специ-